Магические круги в гримуарной традиции. Уильям Дж. Кизель

#1
Введение
Изображения магических кругов можно встретить и в популярных книгах по магии и колдовству, и в таких классических магических трудах, как «Гептамерон», «Ключ Соломона» и «Liber Juratus». Опираясь на визуальные и текстовые материалы из европейских гримуаров и рукописных магических трактатов, в настоящей монографии я намереваюсь рассмотреть различные формы и функции этого традиционного орудия западной магии. Я собираюсь показать, каким образом магические круги наделяли оператора властью и защитой при работе с миром духов. Сохранилось множество свидетельств того, какую роль играл магический круг в операциях прорицания и поиска кладов. Геометрический и лингвистический анализ формы и содержания этих круговых схем будет дополняться пояснениями релевантной оккультной символики, содержащейся в произведениях различных магов и в самих гримуарах. Кроме того, я предполагаю проанализировать структуру магического круга во всех подробностях на нескольких конкретных примерах.
Изображение
[Илл. 5.Великий круг Соломона («Гримуар папы Гонория»).]
Гримуары — это специальные руководства по оккультной практике, в которых описывается основная суть тех или иных магических методов. Они предназначались для мастеров, уже посвященных в тайны магического искусства. Таким образом, книгами подобного рода владели по преимуществу маги, но все же им находились и другие применения. В эпоху раннего Возрождения границы между науками оставались куда более размытыми, чем в наши дни. Поэтому к гримуарам обращались в поисках знаний не только маги, но и натурфилософы и астрологи, священники и писцы. Первоначально гримуары существовали в виде рукописей на пергаменте или бумаге, но их продолжали составлять и после изобретения печатного станка. На протяжении нескольких веков (приблизительно с XIII по XX вв.) эти книги передавали из поколения в поколения обширные перечни духов, ангелов и демонов, находивших применение в магии. Помимо перечислений духовных сущностей, в гримуарах содержались описания и изображения печатей и сигилов духов и орудий, необходимых для магической работы, а также тексты заклинаний и инвокаций, при помощи которых оператор мог призвать эти сущности «ко зримому явлению». Но мы сосредоточимся лишь на одной из важнейших составляющих магического аппарата, представленного в этих руководствах, а именно — на Магическом Круге.
Достаточно лишь беглого взгляда на эти так называемые «учебники по некромантии», чтобы убедиться, что тексты инвокаций, заклинаний и рекомендаций по проведению ритуалов перемежаются в них визуальным материалом: изображениями кругов, крестов и прочих фигур, наделенных как символическим, так и практическим смыслом. Чертежи магических кругов, в свою очередь, состоят из геометрических фигур и божественных имен и сопровождаются изображениями крестов, пентаграмм, квадратов и треугольников. Кроме того, в гримуарах присутствуют различные сигиллические фигуры — например, графические знаки ангелов или духов, с которыми предстоит иметь дело магу. Подобное сочетание геометрических фигур с текстовым материалом наводит на мысль о сопоставлении гримуаров с мнемоническими системами Джордано Бруно или Раймонда Луллия, однако мы все же ограничимся вопросом церемониального применения магических кругов как оно описано в самих гримуарах.
Истинное авторство большинства гримуаров не установлено. Никаких исторических подтверждений тому, что, к примеру, «Лемегетон» был действительно написан библейским царем Соломоном, не находится. Попытки приписать авторство тех или иных гримуаров знаменитым личностям — Соломону, Моисею, святому Киприану и даже римским папам — объясняются всего лишь стремлением придать информации, изложенной в книгах, больший вес и достоверность в глазах читателя. Подобный прием использовался в западной эзотерической традиции и до появления гримуаров: например, авторство трактатов, входящих в «Герметический корпус», было приписано мифическому Гермесу Трисмегисту.
История гримуаров и прочей магической литературы показывает, что практика использования псевдонимов в данной области довольно рано стала традиционной. В частности, Пьетро д’Абано, автор трудов по медицине и астрономии, был достаточно знаменит, чтобы его имя на титульном листе привлекло внимание и уважение читателей к «Гептамерону» независимо от истинного авторства этого трактата. И несмотря на то, что в сочинениях Абано встречаются некоторые переклички с идеями, изложенными в «Гептамероне», исторические документы 1 свидетельствуют о том, что Пьетро де Склавионе, сын Костанцо де Склавионе, получивший известность под именем Пьетро д’Абано, в действительности автором «Гептамерона» не являлся. Представления о том, что Пьетро д’Абано был магом и некромантом, распространились лишь благодаря слухам и подкреплявшим их суждениям таких выдающихся деятелей, как Пико делла Мирандола, Тритемий и Агриппа. Последний, по-видимому, сыграл основную роль в утверждении этой легенды, безоговорочно приписав «Гептамерон» д’Абано и опубликовав его наряду со своими собственными сочинениями. К практике использования известных имен в целях придания достоверности тем или иным высказываниям мы еще вернемся несколько позже.
Откровеннее многих писал о книгах магов и чародеев, с которыми он столкнулся при изучении натуральной магии, писал богослов XIII века Вильгельм Овернский. В своем трактате «О сотворенном универсуме» Вильгельм отмечает, что в подобных колдовских книгах описываются воинства духов, обитающих на небесах, и способы сообщения с ними, установленные теми, кто проводил соответствующие опыты. Упомянув некромантический текст под названием «Большой круг», Вильгельм поясняет, что заклинатель должен был вызвать с четырех сторон света четырех демонических королей, каждого из которых сопровождало великое множество прислужников. Будучи епископом Парижа, Вильгельм, естественно, осуждал подобные сочинения как идолопоклоннические и заявлял, что в углах соломонова пятиугольника нет ничего божественного 2 .
Изображение
[Илл. 6. Фауст в своем кабинете (Рембрандт).]
Обзор истории гримуаров — тема весьма увлекательная и перспективная, но, к сожалению, она выходит слишком далеко за рамки предмета настоящей монографии 3 . Мы, как уже было сказано, намерены сосредоточиться на магических кругах как одном из основных иллюстративных компонентов гримуарного текста. Но для того, чтобы представить функции магического круга в релевантном контексте, нам придется рассмотреть божественные имена и фигуры, которые включаются в состав магических кругов в европейских гримуарах; способы, посредством которых эти имена и фигуры наделяют оператора божественной властью и защитой; и роль этих имен и фигур в таких операциях, как призывание ангелов и вызывание духов, а также прорицание и поиски кладов. Последние две разновидности магических операций направлены на обретение, соответственно, духовных и материальных сокровищ — атрибутов патриархов и царей.
Задача царя — править народов, а задача патриарха — служить посредником между народом и божеством. В иконографии материальное и духовное измерения символически представляются двумя геометрическими формами: квадратом и кругом. Спектр значений этих символов включает в себя, соответственно, и власть царя над своим царством, и власть священника над миром духовным. Именно в этом и состояла цель ритуалов, описанных в гримуарах: даровать магу власть над материальным и духовным мирами. Свои притязания на эту власть маг выражал при помощи божественных имен и фигур — и обрести эту власть он мог лишь благодаря своим особым отношениям с Богом. Иными словами, Бог представлял собой действующую силу, которая обеспечивала магическими операциям желаемый результат.
Изображение
[Илл. 7. Договор с дьяволом («Компендиум зла»).]
На илл. 7 из трактата Франческо-Марии Гваццо «Компендиум зла» (1608) изображена сцена заключения договора с дьяволом. Комментарии автора, излагающего свои мысли с христианской точки зрения, разумеется, не представляют такой ценности, какую представляли бы рассуждения посвященного мага-практика. Но, тем не менее, у Гваццо встречается одно интересное наблюдение, а именно — что при заключении подобных договоров магический круг использовался «ввиду что, что круг есть символ божественного, а земля — подножие престола Божьего; тем самым он [маг] желает убедить их [демонов], что он — Бог небесный и земной».

Практика магических операций
В чем же заключалось предназначение магического круга и какую роль он играл в церемониальной магии? Исследуя функции магического круга, мы убедимся, что на практике он мог служить самым разнообразным целям. Начнем с общего обзора примеров, чтобы составить представление о многообразии вариаций этого магического приспособления, а затем рассмотрим подробнее применение круга для некоторых более конкретных задач — таких, как теургические операции или поиски кладов.
Согласно Плинию 4 , магический круг иногда очерчивают мечом вокруг растения, которое предстояло сорвать в определенный день и час и в строгом соответствии с определенной магической процедурой. Этот же автор упоминает, что защитный круг иногда очерчивают самим растением: например, гелиотропом — для защиты от скорпионов 5 или буквицей — для защиты от змей 6 . Эти мнения подтверждает Роджер Бэкон (XIII век) 7 , а за ним и Агриппа (XV век): «Также говорят, что при сборе кореньев и трав надлежит сперва очертить вокруг них три круга мечом, а затем уже выкопать, остерегаясь при этом противного ветра» 8 . В других рукописях чертить круг рекомендуется орудиями, изготовленными из слоновой кости, золота, серебра, клыка дикого вепря или бычьего рога.
В инструкциях по ритуальной практике, авторство которых приписывается Михаилу Шотландцу 9 , оператору рекомендуется выбрать время в соответствии с астрологическими правилами, и тщательно соблюдать все правила самой церемонии. Согласно одному из предписаний, чертить магический круг следует кровью из сердца свежеубитого белого голубя. Использовать птичью кровь для начертания кругов рекомендуется и в «Мюнхенском некромантическом гримуаре» 10 : двойной круг такого рода необходим для операции вызывания духа, помогающего в постижении всех свободных искусств.
В другой «соломоновой» рукописи, хранящейся в Британской библиотеке 11 , церемониальное применение магического круга разъясняется подробно. Здесь отмечается, что для вызывания и подчинения духов необходимо соблюсти ряд условий и подготовить определенные орудия и материалы. Все молитвы, воззвания, заклинания и прочие составляющие «эксперимента» следует выучить наизусть, а все материалы — собрать до начала церемонии как таковой. Кроме того, необходимо соблюдать дни и часы, соответствующие вызываемым духам, — в противном случае духи явиться не смогут.
Непосредственно перед началом операции маг должен начертить мечом круг на земле и крест — в воздухе. Круг на земле и крест в воздухе означают соединение макрокосма с микрокосмом: круг — духовный символ — применяется к земной сфере, а крест — земной символ — изображается в воздухе, тем самым возвышая землю и приближая ее к небесам. Так воплощается на практике формула solve et coagula, небезызвестная адептам алхимии.
Изображение
[Илл. 8. Церемониальный меч (по Элифасу Леви).]
Ричард Кикхефер 12 упоминает рукопись Роулинсона как пример использования круга в сочетании с мечом в защитной функции — для изгнания духа, который отказывается уходить. В данном случае магу следует начертить круг и ударить духа мечом. Очевидно, предполагается, что ударить духа мечом вообще возможно, но за счет чего — остается неясным: то ли все дело в том, что меч мага должным образом освящен, то ли дух в ходе ритуала приобретает достаточную телесность. Так или иначе, описанный прием служит для защиты оператора от непослушного духа.
Царь Соломон 13 утверждает, что оператора и его помощников надлежит очистить водой и иссопом и окурить, или освятить, благовониями. После этого участники церемонии должны занять удобные мест, а оператор — прочесть подобающие молитвы и заклинания. Когда духи приходят на зов, оператор демонстрирует им специальные пентакли, показывая тем самым, что он защищен и имеет право повелевать этими духами.
Еще один защитный прием описан в «Красном драконе», где рекомендуется использовать камень под названием «эматиль», он же — гематит (кровавик). С той же целью иногда применяют уголь, освященную воду и мел.
Изображение
Илл. 9. Эдвард Келли и Пол Уоринг в ходе некромантического обряда (Уивер, «Надгробные памятники»).]
Широко известна гравюра (илл. 9), на которой изображен Эдвард Келли и еще один человек, которого обычно принимают за самого Джона Ди. Но это ошибка: спутник Келли на этой гравюре — некто Пол Уоринг, как свидетельствует о том книга Джона Уивера «Надгробные памятники» (1631). Место действия — Уолтон-ле-Дейл близ Престона в Ланкашире. Маги стоят во внутренней части двойного магического круга. Во внешнее кольцо круга вписаны божественные имена, а внутренняя часть круга разделена на четыре части, содержащие имена и сигилы духов. Дух, напоминающий привидение, изображен вне круга; впечатление, что маги на этой гравюре проводят обряд некромантии, усиливается общим кладбищенским антуражем.
В исходном сопроводительном тексте к этой гравюре магический круг не описывается в подробностях, так что, надо полагать, здесь отражены лишь некие популярные представления о содержимом магических кругов. Маги находятся внутри круга и надежно защищены его границами от духа, пребывающего за пределами круга. Кладбище — одно из традиционных мест для магической практики: для проведения операций выбирали уединенные места, чтобы обезопасить себя от вторжения профанов. Таким образом, магические круги могли располагаться на пустынных морских побережьях, в пещерах, среди руин, в закрытых помещениях и прочих местах, где не часто можно встретить случайных прохожих. Уединенные места наподобие того, что изображено на этой иллюстрации, позволяли операторам полностью сосредоточиться на самой церемонии, не опасаясь, что кто-то их отвлечет. Кроме того, в местах такого рода легче было достичь особого состояния, выходящего за пределы обыденности, поскольку сами они лежали вне обыденной сферы деятельности непосвященных.
Изображение
[Илл. 10. Зримое явление («Великий гримуар»).]

Форма и функции магических кругов: ориентация по сторонам света
Как особая графическая схема, служащая для взаимодействия со сверхъестественным, магический круг сродни буддийским мандалам, индуистским янтрам и веве в традиции вуду. Каждый из перечисленных объектов содержит символы тех сущностей, с которыми предстоит работать оператору, и в то же время очерчивает границы сакрализованного пространства, в котором будет проходить эта работа. Во всех этих случаях в материальном мире выделяется особый участок — место для установления связи с миром духовным. Кроме того, мистические чертежи подобного рода включались в состав талисманов, предназначенных для ношения на теле или для церемониального использования в ритуальной практике. Для того чтобы превратить магический круг в вышеупомянутое место для общения с духовным миром, его полагалось очистить и освятить по правилам, изложенным в гримуарах.
Принципы сакральной геометрии наглядно представлены в архитектуре зданий, предназначенных для богослужения, — например, буддийских и индуистских храмов ли европейских соборов и церквей. Сама структура подобных построек призвана вызывать ощущение божественной пропорциональности, утверждая тем самым связь макро- и микрокосма и обеспечивая людям место для общения с божественным. Особое значение придается и ориентации сакральных зданий по сторонам света. Традиционная ориентация храмовых построек отражает общие для данной религиозной группы космологические представления. Общеизвестные тому примеры — расположение алтаря в восточной части храма христианских церквей и поклоны в сторону Мекки в мусульманской религиозной практике. Аналогичные принципы соблюдаются и в устройстве магического круга, за тем лишь исключением, что круг, в отличие от храма, — сооружение временное, а не постоянное. Тот же подход наглядно выражен и в традициях ведовства: шабаш ведьм собирается в кругу, границы которого, как и границы магического круга в церемониальной магии, не подлежат нарушению в ходе обряда. При этом обустроить священный участок можно где угодно — достаточно лишь начертить на земле круг, содержащий определенные символы и должны образом ориентированный по сторонам света.
Изображение
[Илл. 11. Круг Мастера («Соломонов Ключ Знания»).]
В западной эзотерической традиции круг — один из самых ходовых символов. В сакральной геометрии, астрологии и ряде других оккультных искусств он может использоваться и как карта, и как наглядное пособие, и как инструмент, служащий тем или иным целям, заявленным в данной традиции. Круг — символ целокупности всего сущего, символ божества и бесконечности, уроборического цикла времен года, колеса блуждающих звезд и божественного миропорядка, царящего в небесных сферах. Кроме того, круг подразумевает наличие центра, а, следовательно, идею радиального излучения или расширения.
Корнелий Агриппа утверждает, что геометрические фигуры сами по себе обладают магической силой. В частности, круг он толкует как символ двух чисел — единицы и десяти, где единица — это «центр и окружность всего сущего», а десять — возвращение всего сущего к единству, из которого оно произошло. Окружность, продолжает он, называется бесконечной линией, не имеющей «ни начала, ни конца» 14 , но заключающей и начало, и конец в каждой своей точке. Круговое движение называется бесконечным «применительно не ко времени, а к месту», — и именно на этих основаниях Агриппа провозглашает магический круг подходящей фигурой для заклинания и связывания духов.
Магические круги ассоциируются с принципами навигации и ориентации по сторонам света. Уже в глубокой древности люди научились измерять и пространство, и время по звездам, а время и пространство играют немаловажную роль в связи с кругом искусства. В церемониальной магии круг использовался как своего рода мост между земным и небесным мирами. Кругу нередко сопутствовали другие геометрические фигуры — такие, как треугольник, квадрат или пентаграмма. Сам круг образуется посредством вращения двух точек, как о том свидетельствует символ Солнца — !. Солнце, средоточие вращения небесных тел, соответствует сердцу и, следовательно, центру микрокосма. Это имеет важный смысл и с астрологической точки зрения. В астрологии и астрономии круг, служивший проекцией небесной сферы на плоскость, стал подразделяться на четыре сектора, или квадранта, которые были соотнесены с четырьмя временами года. Каждый из этих квадрантов, в свою очередь, был разделен еще на три, и так возник привычный нам зодиак.
Изображение
[Илл. 12. Зодиакальная схема (Афанасий Кирхер).]
«Трактат о сфере» 15 сообщает нам, что слово «зодиак» происходит от древнегреческого корня zoe («жизнь) или, возможно, от zodias («животное»). Там же приводится латинское название зодиака — signifer (букв. «носящий знаки»), объясняющееся тем, что круг зодиака состоит из «знаков». Двенадцать знаков зодиака — это 12 участков звездного круга по 30 градусов в каждом. Каждый градус, в свою очередь, подразделяется на 60 минут, а каждая минута — на 60 секунд дуги. Эти угловые единицы позволяют измерять и время, и пространство, а также вычислять прошлые и будущие астрономические события.
В ряде случаев круг на подобных схемах соединяется с квадратом. Сам по себе круг символизирует вечность, безначальное и бесконечное, тогда как квадрат обозначает подразделение круга на четыре квадранта, или на общеизвестные четыре стороны света — восток, запад, север и юг. В церемониальной магии ориентация по сторонам света имеет важное значение тогда, когда оператору предписывается обратиться лицом в ту сторону, над которой властвует вызываемый дух. Тем самым центр круга оказывается эквивалентен центру вселенной, а квадрат приобретает значение проявленного мира, или царства земного. В этой схеме магический круг соединяет в себе микрокосм с макрокосмом, а маг оказывается в точке соединения этих двух миров. Не исключено, что данная схема связана с правилом проведения ритуалов на перекрестках, принятым в некоторых традициях: в некоторых случаях квадрат заменяется крестом, обеспечивающим точно такое же разделение круга на квадранты.
Изображение
[Илл. 13. Человек в Круге, держащий пентаграммы (Агриппа, «Оккультная философия»).]
Круг и крест в сочетании дают графический символ планеты Венера — $. Поскольку эта планета бывает видна незадолго перед восходом Солнца, ее с древних времен называют Светоносцем (как, собственно говоря, переводится имя «Люцифер») и Утренней звездой. Наблюдаемая с земли форма орбиты этой планеты весьма примечательна: в течение 8-летнего цикла Венера описывает на небе точную пентаграмму. Точнее говоря, пентаграмму описывает Венера как Утренняя звезда, а Венера как Вечерняя звезда (видимая вскоре после захода Солнца) на протяжении того же 8-летнего цикла вычерчивает в небесах точный пятиугольник. Период видимости Венеры как Вечерней звезды составляет 247 дней, после чего эта планета подходит слишком близко к Солнцу и наблюдать ее невооруженным глазом становится невозможно. Через 14 дней невидимости Венера начинает появляться уже не на закате, а на рассвете, как Утренняя звезда, и продолжает возвещать восход Солнца на протяжении 245 дней, после чего вновь ненадолго скрывается в лучах дневного светила.
Пентаграмма и сама по себе — важнейший символ оккультной власти, а в гоэтической практике ее значимость подчеркивается еще и количеством духов, с которыми может работать маг по этой системе. По преданию, Соломон владел магическим перстнем, при помощи которого принудил демонов помогать ему в строительстве храма, а затем заточил их в медном сосуде. 72 духа, которых он подчинил таким образом, соответствуют величине угла пентаграммы — 72 градусам.
Изображение
[Илл. 14. Печать Соломона («Гоэтия»).]
Гримуары изобилуют подобной числовой и геометрической символикой, и некоторые фигуры и числа связываются в них с совершенно конкретными оккультными силами или их размещением в пространстве. Ориентация по сторонам света — относительно центра круга — может приобретать в контексте ритуала очень важное значение.
В центре круга по умолчанию помещается маг, а духи находятся за пределами круга. Но иногда место, отведенное для вызываемого духа, — кристалл, чаша с водой или треугольник искусства — располагается почти вплотную к границе круга.
Изображение
[Илл. 15. Круг с участком, выделенным для духа («Гримуар папы Гонория»).]
На илл. 15 показан круг из «Гримуара папы Гонория», опубликованного в Риме в 1800 году. Здесь «Spiritus Locus», то есть «место для духа», не обозначено треугольником, но все же вынесено за границу круга. Представления о том, где именно должен появиться вызываемый дух, соотносятся с вышеописанными принципами ориентации по сторонам света, а в терминах церемониальной практики связаны с различием между инвокацией и эвокацией. В некоторых случаях местоположение духа относительно магического круга целиком и полностью определяется этим различием. Еще Платон отличал благих даймонов от злых 16 , а впоследствии ангелы небесные стали противопоставляться ангелам падшим.
Изображение
[Илл. 16. Череп в центре круга (деталь гравюры Яспера Исаака, XVI в.).]
В связи с вопросом о местоположении духа стоит упомянуть, что в колдовских операциях сосудом для проявления духа нередко служил череп. Вообще говоря, в обрядовом использовании черепов нет ничего необычного: они применяются и в ритуалах вуду, и в буддийских практиках, и в христианской традиции почитания мощей, и в различных аборигенных религиях, включающих в себя культ предков. Череп как сосуд силы — это точка соприкосновения между миром живых и миром духов. Аристотель полагал, что душа пребывает в сердце, но Платон считал ее вместилищем именно череп. Кроме того, черепа как хранилища знаний и силы своих бывших обладателей могут считаться своего рода талисманами. Круглое отверстие в трепанированном черепе служит для входа и выхода духа.
Изображение
[Илл. 17. Треугольник искусства.]
Треугольник, который нередко сопутствует магическому кругу, также связан с навигационным искусством: триангуляция — традиционный метод определения расстояние до тех или иных точек на местности. В одной из рукописей, хранящихся в Британском музее 17 , рядом с магическим кругом изображен треугольник искусства, над которым помещена следующая надпись: «Треугольник, в который Соломон заключал своим повелением непокорных духов, должно разместить в двух футах от круга и [сделать его] шириною в три фута». Непосредственно под треугольником указывается: «Заметь себе, что [треугольник] надлежит расположить на бреге том, к которому относится дух; а также соблюдай [положение луны] при работе». Иными словами, треугольник следовало разместить в той стороне света, над которой властвует или которой соответствует вызываемый дух. Для выбора подходящего направления служит, в частности, компасная роза духов, приведенная на одной из иллюстраций к «Лемегетону».
Изображение
[Илл. 18. Компасная роза духов («Лемегетон»).]
«Ключ Соломона», в отличие от «Лемегетона», предписывает заключать духов в треугольник при помощи орехового посоха, а в случае, если они выкажут неповиновение, — сковывать их «узами и цепями» особых заклинаний.
Изображение
[Илл. 19. Медный сосуд Соломона («Гоэтия»).]
Исследователи отмечают 18 , что медный сосуд, изображенный в «Гоэтии» (рукопись д-ра Радда), использовался с той же целью, что и треугольник. Так, в рукописи Harley 6483, в разделе «Разрешение удалиться», прямо указывается, что вместо треугольника используется медный сосуд. Подтверждение тому находится и в копии с рукописи д-ра Радда, снятой Питером Смартом: «Заметь себе, что можно повелеть этим духам войти в медный сосуд таким же образом, как и в треугольник, сказав им: появитесь перед кругом сиим в этом медном сосуде, в обличье прекрасном и приятном глазу и т.д., как указано выше в заклинаниях».
В «Искусстве теургии-гоэтии» 19 маг повелевает духам явиться либо за пределами круга, либо в «кристальном камне»; последний вариант встречается в заклинаниях «Странствующих князей» и «князей, управляющих компасными метками», а также в заклинании «герцогов, управляющих компасной меткой вместе со своим князем».
Гримуар «Liber Particularis» («Частная книга»), автором которого считается Михаил Шотландец, рекомендует следующее: «Для призывания духов воздуха призыватель должен встать в том месте круга, какого требует по праву его искусство, и произнести имена духов громким голосом, сохраняя строгость лица и держа в руке книгу или обнаженный меч». Тот же источник указывает, что при вызывании злых духов иногда используется астролябия. Традиционный ведовской круг искусства так прямо и называется — «компасный круг» — и полностью согласуется с вышеизложенными принципами. Подобные ассоциации с навигационными приборами лишний раз подчеркивают, насколько важны в работе с магическим кругом ориентация по сторонам света и правильное взаиморасположение компонентов круга.
Изображение
Изображение
[Илл. 20. Лицевая сторона печати Шемхамфораш («Шестая и седьмая книги Моисея»).
Илл. 21. Оборотная сторона печати Шемхамфораш («Шестая и седьмая книги Моисея»).]
На илл. 20 и 21 приведены круги из гримуара под названием «Шестая и седьмая книги Моисея»; «Шемхамфораш» — это искаженное «Шем ха-Мефореш», 72-буквенное Имя. Имена, приведенные на кругах Шемхамфораш, отличаются от традиционных еврейских имен, связанных с 72-буквенным Именем 20 : в них отчетливо прослеживается влияние христианской каббалы (вполне обычное для гримуарной литературы). Важную роль в каббалистической магии играли числовые значения еврейских букв. Эта система числовых соответствий назвалась гематрией. Обратите внимание, что на илл. 20 в центре круга помещается буква Йод, числовое значение которой — 10. Если умножить это число на количество имен в круге (36), мы получим 360 — количество градусов в окружности. На илл. 21 то же число 360 можно получить, умножив количество имен на количество букв в центральном круге.
blossom

Магические круги в гримуарной традиции. Уильям Дж. Кизель

#2
Строительство крепости: сооружение круга
Магический круг может принимать различные формы — от простой окружности, начерченной мелом на полу, до полномасштабного гоэтического круга, заполненного всеми необходимыми именами, сигилами, фигурами и прочими деталями и занимающего установленное место в каком-нибудь постоянно действующем храме мистерий. Рассмотрим методику возведения магического круга для церемониальной работы, используя в качестве примера круг искусства, описанный в «Гептамероне». Приведу соответствующий раздел «Гептамерона» полностью:

О круге [Circulo] и его начертании
По форме своей круги не всегда одинаковы, но изменяются согласно чину духов, коих предстоит призвать, их месту, времени, дню и часу. Ибо, создавая круг, надлежит учитывать, в какое время года, в какой день и час ты его создаешь; каких духов ты желаешь призвать, к какой звезде и области они относятся и каковы их обязанности.
Поэтому начерти три круга шириною в девять стоп, и пусть отстоят они друг от друга на ширину ладони 21 ;
1) и в среднем круге 22 напиши, во-первых, имя часа, в который ты ведешь работу.
2) Во-вторых, напиши имя ангела этого часа.
3) В-третьих, начертай сигил ангела этого часа.
4) В-четвертых, напиши имя ангела, правящего днем, в который ты ведешь работу, и имена его служителей.
5) В-пятых — имя нынешнего времени 23 .
6) В-шестых — имена духов, правящих временем твоей работы, и председательствующих [pr?sidentium] над ними.
7) В-седьмых — имя главы знака, правящего временем [года], в которое ты ведешь работу.
8) В-восьмых — имя земли для того времени [года], в которое ты ведешь работу.
9) И, в-девятых, последними впиши в средний круг имена солнца и луны согласно вышеназванному правилу времени [года]; ибо со сменою времен надлежит менять и имена.
Во внешнем же круге да будут начертаны в четырех углах 24 имена председательствующих ангелов воздушных для того дня, в который ты проводишь эту работу, как-то: имя царя и имена трех его служителей.
Снаружи, за кругом, да будут начертаны в четырех углах пятиугольники [Pentagoni] 25 .
Во внутреннем круге 26 да будут написаны четыре божественных имени, отделенные друг от друга крестами по средним линиям круга: на востоке да будет начертано «Alpha» (Альфа), а на западе — «?» (Омега) 27 , и пусть средину круга рассекает крест 28 . Завершив на этом начертание круга по указанным выше правилам, можешь продвигаться далее.
Изображение
[Илл. 22. Круг для первого часа дня Господня в весеннее время («Гептамерон»).]
А теперь рассмотрим различные способы сооружения подобных кругов. В приведенном выше описании из «Гептамерона» указывается, что выбор имен для магического круга зависит от того, какого именно духа маг намеревается вызвать, и от периода времени, в который проводится операция. Данная схема магического круга (илл. 22) — самая сложная из всех гравюр, воспроизведенных в этом гримуаре. В предисловии к «Гептамерону» отмечается что круги «суть некие крепости, защищающие заклинателя от злых духов», и можно предположить, что чем сложнее устроен круг, тем более надежную защиту от злых духов он обеспечивает.
Места и периоды времени, с которыми связаны те или иные духи, определяются при помощи старинной традиции соответствий между растениями, камнями, цветами, днями недели, гуморами, стихиями, планетами и звездами. У каждого предмета и явления есть свои соответствия, благодаря чему все на свете встраивается в некий единый порядок вещей. Подобные vincula, или «связи», позволяют оказывать необходимые магические воздействия при помощи определенных материалов. Например, железо — металл, соответствующий Марсу, — считается связанным с этой планетой и служит как естественный проводник ее влияния. Это учение о соответствия играет важнейшую роль в церемониальной магии: оператор старается сосредоточить в ритуале как можно большее количество релевантных «связей». Так, для усиления действия железа в том же ритуале Марса маг может использовать «драконью кровь» в качестве благовония, облачиться в красные одежды и воззвать к Самаэлю — ангелу этой планеты. Благодаря этому все чувства мага, как физические, так и тонкие, пропитываются той самой силой, которую он намеревается призвать. На основе традиционных соответствий, передававшихся из поколения в поколения изустно и в гримуарах, со временем развились систематические справочные таблицы; самое известное современное собрание таких таблиц — книга Алистера Кроули «777».
Генрих Корнелий Агриппа раскрывает символический смысл круга подробнее, отмечая при этом его важную роль в операциях вызывания злых духов: «Не меньшей силой обладают и геометрические фигуры, так как они происходят из чисел. Первая из них, а именно круг, соответствует единице и десяти, ибо единица — это центр и окружность всего сущего, а число десять, будучи сложено внутри себя, возвращается к единству, из которого оно произошло 29 . Окружность называется бесконечной линией, у которой no terminus a quo nor terminus ad quem 30 , хотя она заключает и начало, и конец в каждой своей точке, вследствие чего круговое движение также называется бесконечным, но применительно не ко времени, а к месту; итак, будучи величайшей и совершеннейшей из всех фигур, именно круг считается самым пригодным для связываний и заклинаний; и поэтому те, кто, вызывает злых духов, очерчивают вокруг себя окружность» 31 .
С представлением об окружности как «бесконечной линии» связаны символы «Альфы и Омеги», включенные в круг из «Гептамерона»: они относятся к знаменитому библейскому речению «Я есмь Альфа и Омега, начало и конец» (Откр. 1:8). Агриппа уточняет, что о бесконечности в данном случае речь идет применительно к пространству, а не ко времени. Как мы увидим при анализе круга из «Гептамерона», временной фактор отражается в изменениях состава круга в зависимости от часа, дня и сезона проведения операции. Однако «место», то есть сама форма круга, остается неизменным вне зависимости от времени.
Помимо самой окружности, в состав магического круга включаются дополнительные фигуры — в данном случае кресты и «пятиугольники», то есть пятиконечные звезды. В некоторых рукописях (в частности, Sloane 2731) в эти пятиугольники предписывается помещать свечи для освещения круга. Что касается креста, то он используется для разделения круга на четыре четверти, а иногда и для обозначения квадрантов земли за пределами круга. Даются также указания по ориентации круга по сторонам света: в примере из «Гептамерона» надпись «Альфа» помещается на востоке, и тем самым определяется относительное положение всех остальных компонентов. Размещение Альфы на востоке и Омеги на западе значимо и с астрологической точки зрения: ведь восход солнца (на востоке) отмечает начало дня, а заход (на западе) — окончание.
Стоя в центре магического круга, заполненного божественными именами, символическими фигурами и знаками различных ангелов и духов, маг оказывается и микрокосмом, и макрокосмом одновременно. Центр круга — это источник божественной силы. Греческие буквы Альфа и Омега олицетворяют принципы начала и конца, а сообща символизируют бесконечную и безначальную вечность — и, следовательно, тоже в своем роде круг.
Изображение
[Илл. 23. Круг для призывания Саткиэля («Заклятая книга мага Гонория»).]
На илл. 23 воспроизведена страница из «Заклятой книги мага Гонория» в издании Дрисколла, на которой изображен «круг для призывания Саткиэля [Satquiel] в четверг 8-го месяца, приходящегося на осень». «Стих», сопровождающий этот круг, непосредственно упоминает Бога, взывает к божественной силе и власти, требует вознести Богу хвалу и повелевает духам подчиниться Богу: «Силою власти Божьей придите по доброй воле; придите воистину; придите каждый в отдельности по велению Божьему; придите, отринув упрямство, признайте славу, и честь, и победу Господа бесконечного, кто правит во веки веков. А., приди, приди, приди; соверши великое усилие, дабы сойти сюда, не причиняя зла, в облике кротком, в послушании Богу-Творцу, кто правит во веки веков. Аминь». Этот круг подобен тому, который описан в «Гептамероне». Надписи во внешних кольцах выдержаны в соответствии со временем проведения операции. Ангел Саткиэль связан с четвергом, поэтому операция проводится именно в этот день недели.
Изображение
[Илл. 24. Семь планетарных сил (Баррет, «Маг»).]
На илл. 24 представлена таблица из книги Френсиса Баррета «Маг». В ней перечислены дни недели, имена архангелов, их сигилы и астрологические соответствия. схожие таблицы духов можно обнаружить во многих гримуарах; в некоторых из них приводятся также соответствия деканатам зодиака.
Изображение
Изображение
[Илл. 25. Круг Искусства («Мучения Фауста в аду»).
Илл. 26. Круг с квадратом в центре («Шестая и седьмая книги Моисея»).]
Магические круги из «Мучений Фауста в аду» и «Шестой и седьмой книг Моисея» также ориентированы по четырем сторонам света. Один из них разделен на четыре четверти крестом, другой — квадратом, вписанным во внутреннюю окружность.
Изображение
[Илл. 27. Круг с монограммой («Гримуар папы Гонория»).]

Четыре четверти Вселенной
«Я слышал, как отец мой сказал в точности так: ATh [Алеф Тав] 32 объемлет собою всю протяженность Субботы. Субботы мои — это круг с начертанным в нем квадратом <…> Мое святилище, которое надлежит тебе соблюдать в святости, есть точка, поставленная в центре, и бойся ее превыше всего, ибо за нее наказание — смерть, как сказано в писании: “Кто осквернит ее, тот да будет предан смерти” (Исх. 31:14). Кто же те, кто оскверняет ее? Всякий, кто войдет в полость круга и квадрата — в место, где пребывает эта точка, — и причинит ей вред, тот да будет предан смерти. Поэтому сказано: соблюдай ее в святости. Эта точка называется “Я”, и на ней почиет тот высший сокровенный, непроявленный. Это YHVH, и все едино» 33 .
Как уже отмечалось выше, во многих гримуарах магический круг сочетается со вписанным в него квадратом или крестом. Вполне вероятно, что подразделение круга на четыре четверти непосредственно связано с астрологическими воззрениями той эпохи. Положение небесной сферы относительно земного горизонта в той или иной стороне света задавало астрономам систему координат для изучения движения звезд. В гримуарной литературе можно найти немало примеров тому, насколько важным для успеха магической работы считалось соблюдение определенных астрологических аспектов наряду с часом и днем проведения операции. Поэтому названия времен года и планетарных духов располагались вокруг земли, подобно звездам на небесной тверди:
Oriens — восток — Рафаэль — Воздух
Meridies — юг — Михаэль — Огонь
Occidens — запад — Габриэль — Вода
Septentrio — север — Уриэль — Земля
Подразделение круга земного на четыре четверти встречается уже в раннем греко-египетском ритуале, где оператору в обрядах, открывающих церемонию, полагалось совершать возлияния или сыпать определенные порошки на те или иные стороны света 34 . Обходя каждую из этих четырех четвертей по очереди, оператор тем самым описывал круг в движении. Важнейшую роль в ведовских традициях играли и перекрестки дорог. И везде, где обозначаются четыре стороны света, возникает — или подразумевается — также и центр. В современной практике, восходящей к традиции Золотой Зари, с той же целью используется ритуал пентаграммы, в котором маг утверждает четыре четверти, активизируя в каждой из них защитную пентаграмму и вибрируя божественные имена. После установления этих защитных (или, в некоторых случаях, призывающих) печатей маг призывает поименно архангелов четырех четвертей. В других традициях используются имена других сущностей и иные соответствия между стихиями и сторонами света.
Идея связи между четырьмя сторонами света и четырьмя стихиями зародилась довольно давно. Примеры тому находятся и в гримуарной литературе, и в более поздней ритуальной практике, описанной в современных книгах по церемониальной магии. Правда, как было сказано только что, не все системы соответствий одинаковы, но различия между ними объясняются лишь тем, что в разных традициях определенным сторонам света придавался разный символический смысл. В одном из гримуаров «соломоновой» традиции утверждается, что вызванный дух приходит в облачении соответствующей ему стихии. Так, духи востока, соответствующие в этой системе Огню, являются окутанные пламенем. В системе Ди четыре стороны света представлены в символической форме четырех Сторожевых башен; эта символика сохранилась и в енохианской системе Золотой Зари. В ритуале Открытия Сторожевых башен главную роль играю цари стихий и подчиненные им духи четырех углов.
Изображение
Изображение
Изображение
[Илл. 28. Золотой талисман (Казобон, «Правдивый и честный рассказ…»).
Илл. 29. Великий Круг Искусства с двенадцатью знаменами и входными вратами.
Илл. 30. Великий Круг Четвертей (по Джону Ди).]
В одном из методов работы с четырьмя четвертями каждой из них ставилась в соответствие определенная ипостась Бога: буквы Тетраграмматона, четырехбуквенного Имени Божьего, распределялись между четырьмя сторонами света. В некоторых каббалистических традициях используются перестановки букв этого божественного имени, дающие в общей сложности 12 вариантов, которые называются «Двенадцатью знаменами Святого Имени» 35 и соотносятся с двенадцатью знаками зодиака. Схожим образом и магический круг может разделяться на 12 секторов, по которым распределяются соответствия зодиакальных знаков. Вариант круга, подразделенного на 12 частей, приведен на илл. — эта схема заимствована из «Мистической Гептархии» Джона Ди. На илл. 29 особый интерес представляют «входные врата» круга, то есть место, через которое оператор мог входить в круг или покидать его, используя при этом некий ритуальный жест или слово силы, открывающее и вновь запечатывавшее круг. Кроме того, на этом чертеже отсутствуют кресты, обычно вписывавшиеся в одно из колец сложного магического круга, однако их функцию исполняют четыре еврейские буквы Тав (буквальное значение Тав — «крест»).
Изображение
[Илл. 31. Земля крови: круговая печать священного алфавита (Эндрю Чамбли, «Азоэтия»).]
В схеме под названием «Земля крови: круговая печать священного алфавита» «Азоэтии» четырехчастная структура усложняется и превращается в восьмичастную: каждая четверть делится надвое 36 .

Божественные имена и пентакли: власть и защита
…и в круге величия да будут начертаны имена неизреченного и ангельские имена.
— «Ключ Соломона»
Магические имена использовались с глубокой древности, и от правильного их выбора во многом зависела эффективность магического круга, в состав которого они включались. В этом отношении гримуары испытали сильное влияние каббалы: важное значение придавалось не только самой силе, заключенной в божественных именах, но и числовым соответствиям этих имен. Имена и числа — это своего рода условные классификационные знаки, конкретизирующие или выделяющие из всего спектра вариантов какую-либо одну разновидность силы или один аспект духовной эманации. Власть имен определяется рангом в магической иерархии: так, божественное имя представляет соответствующую божественную силу, а имя царя или патриарха несет на себе отблеск мирской или духовной власти своего носителя. Такая двусторонняя связь между небом и землей заложена в самом устройстве магического круга.
Божественные имена или слова силы предоставляли оператору гарантию Божьей помощи, потому что воспринимались как проводники божественной силы. В таких каббалистических текстах, как «Сефер Йецира», утверждалось, что сама вселенная сотворена при помощи букв алфавита и что эти буквы, соответственно, можно использовать для магического воздействия на природный мир 37 . Во многих гримуарах видное место отводится древнееврейским словам и выражениям, а также каббалистическим сефирот, душам и ангелам. В числе подобных текстов — «Книга Еноха» и «Сефер Разиэль». В том, что каббалистические методы играют столь важную роль в магических операциях, нет ничего удивительного: каббала, как и магия, придает большое значение работе с ангелами и божественными именами, а также воздействию на природный мир при помощи этих сил. Представление о том, что подобными средствами можно воздействовать на природу, нисколько не противоречит каббалистическому учению о божественном мире и его эманациях. По словам Йосефа Дана, «древнееврейские священные книги считались написанными на божественном языке, существовавшем еще до сотворения мира <…> язык этот был не просто средством человеческого общения, а частицей бесконечной божественной мудрости, и потому смыслы не поддавались исчерпанию» 38 .
Из всех книг гримуарной традиции сильнее всего подобные идеи повлияли на «Три книги оккультной философии» Агриппы (1533). В этом трактате каббала преподносится как магическое искусство работы с числами и божественными именами и напрямую связывается с ренессансной традицией магических соответствий. Книга Агриппы во многом ответственна за ошибочное и бытовавшее вплоть до XX века представление о каббале как некоем сплаве колдовства, нумерологии и магии. Однако следует понимать, что каббала, о которой мы рассуждаем, — это не традиционная каббала ортодоксальных иудеев, а традиция, идущая от гуманистов эпохи Возрождения, которые пытались толковать библейские тексты с помощью каббалистических методов. Каббалистическая герменевтика такого рода повлекла за собой разрыв с ортодоксальным иудаистским подходом и положила начало умозрительной христианской каббале.
Как мы помним, авторство гримуаров нередко приписывалось различным знаменитым мудрецам и праведникам древности. Это придавало тексту дополнительный вес и значимость в глазах читателей; и если уж имена патриархов, вынесенные на титульный лист, обладали такой властью, то сколь же более влиятельными должны были быть божественные имена, содержавшиеся в самом тексте! В каббалистической традиции эти имена символизируют различные аспекты самого божества, и каждое из них властвует над соответствующей областью духовного мира. Кроме того, у ангелов, демонов, духов планет и стихий тоже есть свои имена. Знание этих имен дарует магу власть над их носителями. Иерархия божественного мира превратилась в настоящий ономастикон 39 , служащий целям церемониальной, или «божественной», магии. Теургия, как ее иногда называют, божественна в том смысле, что имена и атрибуты Бога занимают в ее ритуальных текстах не менее важное место, чем в церковных службах и молитвенниках.
В традиционных ангело- и демонологических текстах приводятся имена духов, властвующих над определенными периодами времени, будь то часы, дни, времена года или особые астрологические периоды. Подобные имена включаются непосредственно в структуру магического круга. Они не просто обозначают время, подходящее для данной магической операции, но и непосредственно вовлекают в работу те силы, которые связаны с данным периодом временем. Власть, которой обладает дух-управитель часа, дня и так далее, обеспечивает дополнительную защиту для оператора, который осознает этот факт и сознательно заключает союз с соответствующим духом на время проведения церемонии.
Изображение
[Илл. 32. Круги для заклинания духов («Гримуар Гонория»).]
На илл. 32 воспроизведены магические круги из «Гримуара Гонория», служащие для вызывания трех из семи духов, связанных с определенными днями недели. Надпись в первом круге, соответствующем понедельнику, гласит: «+ Именем Пресвятой Троицы запрещаю тебе, Люцифер, входить в этот круг», — а второй и третий круги (предназначенные для вторника и среды соответственно) содержат повелительные надписи: «Повинуйся мне, Фримост» и «Приди, Астарот».
Имена и печати усиливают круг искусства, как свидетельствуют о том заклинания, использовавшиеся для вызывания духов. В ходе операции маг взывает к божественным именам и ангельским силам, а также использует кресты и другие сигилы именно для того, чтобы заручиться поддержкой свыше. Он обращается к различным аспектам божества в иерархической последовательности, тем самым встраиваясь в «цепь бытия» и принимая на себя, так сказать, «делегированные полномочия». Этот принцип отражен и в каббалистическом учении об эманациях, и в герметической доктрине микрокосма как образа и подобия макрокосма. В подобных операциях также использовались благовония, камни и другие материалы, связанные с соответствующими духами.
Дабы наглядно представить свои полномочия, делегированные божественной властью, маг нередко использовал малые магические круги — так называемые пентакли. Подобные приспособления и печати изготавливались и освящались в соответствии со строгими астрологическими и церемониальными правилами и предъявлялись духам как средство призвать их к повиновению. На этих печатях, опять-таки, фигурируют божественные имена, обозначающие источник власти самого мага.
Изображение
[Илл. 33. Щит Соломона («Гептамерон»).]
Вышеупомянутый герметический принцип «Что наверху, то и книзу» отражен в структуре «Щита Соломона» — одной из основных форм пентакля, использовавшихся в церемониальной практике. Этот «щит» представляет собой гексаграмму, составленную из двух треугольников — прямого и перевернутого. В сочетании эти два треугольника символизируют союз противоположностей (таких, например, как огонь и вода) и, в более широком смысле, соединение микрокосма с макрокосмом.
В некоторых магических церемониях оператору полагалось зачитывать на манер литании длинные перечни божественных имен и слов силы, иногда называемых «варварскими», или «чужеземными» именами. В «Ключе Соломона в изложении Птолемея» поясняется, что происходит после того, как маг с величайшим благоговением перечислит все эти имена: «Засим да внидет величие бога». Подразумевается, что при помощи этой иерархии божественных имен оператор призывает определенные аспекты священной божественной силы и сосредоточивает их в магическом круге, а затем — и в себе самом. В «Заклятой книге Гонория» кульминацией этого процесса становится Блаженное Видение, или встреча с Богом лицом к лицу. Гримуары предостерегают начинающих экспериментаторов о том, что использовать какие бы то ни было священные пентакли до нисхождения этой божественной благодати не следует.
В случае, если circulator 40 столкнется с устрашающими и грозными видениями, ему советуют отвести глаза или даже прикрыть их рукавом. Распорядитель церемонии должен успокоить своих помощников, говоря твердым и уверенным голосом; если же духи продолжат насылать чудовищные видения, то ему надлежит мощно возвысить голос и приказать духам, чтобы те прекратили свои бесчинства. Заклинатель должен снять покровы с пентаклей и показать эти пентакли духам со всех сторон от круга, сопроводив эти действия повелительным заклинанием. После этого духи подчинятся и успокоятся. Таким образом, пентакли в сочетании с божественными именами свидетельствуют о том, что заклинатель имеет полное право повелевать духами.
Одна из самых известных функций магического круга — защитная. Без сомнения, это объясняется тем, что операции вызывания духов ко зримому явлению по природе своей весьма серьезны и опасны. Круг искусства нередко называют «крепостью» или «зaмком», то есть ассоциируют его с военным укреплением, связанным, в то же время, с символикой королевской власти. Вдобавок, заклинатель использует в своей работе символы Марса — пентаграммы и меч. Те, кто отдает предпочтение более дружественному подходу к духам, ставят под сомнение целесообразность такой агрессивной символики, но следует отметить, что крепость — это всего лишь место, обеспечивающее защиту на случай необходимости. Удачный договор между магом и духом может значительно снизить долю воинственной риторики в ходе дальнейших операций, но все равно следует оставаться начеку.
На гравюре Роберта Фладда (илл. 34) изображены ангелы, защищающие круг с четырех сторон, и поток божественной силы Тетраграмматона, изливающийся на коленопреклоненную фигуру в центре. Вера в архангелов как защитников оператора сохранилась и в современной магической практике, как свидетельствует о том уже упоминавшийся выше Ритуал пентаграммы.
Изображение
[Илл. 34. Сторожевые башни (Роберт Фладд).]
В «Ключе Соломона» объясняется, каким образом оператор добивается божественной защиты и власти над духами, которых он намеревается призвать. Он должен обратиться лицом на все четыре стороны света по очереди и четырежды повторить следующие слова: «O Господи, будь мне крепкой защитой от всех явлений и нападений злых духов». Затем он снова должен повернуться по очереди на четыре стороны света и произнести, обращаясь к духам: «Вот Символы и Имена Создателя, которые внушат вам Ужас и Страх. Повинуйтесь мне властью этих Святых Имен и этих Сокровенных Символов Тайного Тайных». После этого он должен прочитать — опять-таки, на четыре стороны света — заклинание, вызывающее духа. Согласно цитируемому гримуару, магу надлежит обратиться сперва на восток, затем — на юг, затем — на запад и, наконец, на север; таким образом, вращение происходит по часовой стрелке, или по ходу солнца.
Изображение
[Илл. 35. Печать Соломона («Гоэтия»).]
Эти пентакли и неизреченные имена надлежит возвеличить высочайшим почтением и окружить любовью; и взирать на них надлежит не иначе, как в благоговении великом, ибо они священнее всех святынь для защиты тела и души.
— «Ключ Соломона в изложении грека Птолемея»
Изображение
Изображение
Изображение
[Илл. 36 (слева). Пентакль («Гримуар папы Гонория»). Илл. 37 (в центре). Талисман Арбателя («Магический Арбатель»). Илл. 38 (справа). Печать AGLA (Ленер, «Символы, знаки и печати»).]
И пентакль из «Гримуара папы Гонория», и талисман Арбателя, и печать AGLA 41 — все это различные пентакли искусства. Джон Ди начертал печать AGLA на оборотной стороне своей восковой «Sigillum Dei Aemeth» 42 , поверх которой он устанавливал магический кристалл для созерцания духов. Точно такие же четыре круглых печати были подложены под ножки его «священного стола», на котором покоились первая печать и кристалл. Схожие примеры встречаются в «Альмаделе» и «Маге» Френсиса Баррета. «Запечатывание» Священного Стола, по-видимому, призвано обеспечить безопасность в ходе магической работы, а то обстоятельство, что Печати Бога помещаются под ножки стола и под кристалл, вероятно, подчеркивает, что в основе этой работы лежат высшие полномочия, полученные от божества. Для такого образованного мага, как Ди, эти соображения были исключительно важны, о чем свидетельствуют его благочестивые молитвы, предварявшие каждую операцию кристалломантии. Известны и другие чертежи, функционально схожие с треугольником искусства: в них помещался гадательный кристалл, чаша с водой или черное зеркало, в которых должны были показываться вызванные духи.
Знаменитый ювелир Бенвенуто Челлини описывает магическую операцию, перед которой некромант, проводивший работу, вручил ему специальные пентакли для защиты от духов. В сочетании с такими пентаклями использовались зловонные вещества наподобие асафетиды или серы. В ходе эвокации, проведенной в Колизее, Челлини прибег к помощи мальчика-ясновидца.
Изображение
[Илл. 39.]
В Британской библиотеке хранится рукопись 43 с изображением другого подобного круга, содержащего каббалистическую аббревиатуру «KIS», которая расшифровывается как «Kadosh Ieve Sabaoth» — «Свят Бог Воинств» (илл. 39).
Разумеется, пентакли Соломона к тому времени уже были хорошо известны в среде западных эзотериков, и в указанной рукописи подробно перечисляются разнообразные могущественные силы, которые приписывались этим печатям. Считалось, что они даруют помощь своему носителю и наделяют его властью обуздывать духов, защищают от опасностей и всех врагов, явных и тайных. Также они даруют защиту от ядов, от страха и ненастной погоды и в целом обеспечивают человеку совершенную безопасность во всех обстоятельствах. Можно ничего не страшиться ни наяву, ни во сне, ни во время трапезы. Владелец этих чудесных печатей находится под надежной защитой и в путешествии, и дома, и в торговых делах, и на войне; он абсолютно неуязвим и непобедим. Кроме того, Соломоновы пентакли гасят огонь, останавливают потоки вод и внушают всему живому страх перед их владельцем, а также избавляют от всех опасностей, грозящих ему с небес, на земле и в преисподней.
Изображение
[Илл. 40. Тайная печать Соломона («Гоэтия»).]
Тайная печать Соломона упоминается в «Гоэтии» как средство, при помощи которого Соломон заточил духов в медный сосуд и ею же этот сосуд запечатал. Согласно тексту гримуара, изготавливать ее следует в субботу или во вторник, то есть под влиянием Сатурна или Марса.
«Ключ Соломона в изложении грека Птолемея» советует оператору настоятельно предостеречь своих помощников, чтобы те ни в коем случае не выходили из круга, даже если устрашатся чего-либо или соблазнятся какими-нибудь чудесами. «И когда ученики войдут и встанут на предписанные места в кругу, пусть мастер укажет, чтобы они не покидали этих назначенных мест ни при каких обстоятельствах, хоть бы даже они узрели великие чудеса, или горы и башни огненные, рушащиеся на них, или смерть отца и матери своих, или весь мир на краю гибели, [— одним словом,] какие бы превратности они ни узрели, пусть не двигаются с места, ибо все вышеназванное не причинит им никакого вреда». Из этого текста, опять-таки, недвусмысленно явствует, что магический круг предназначен для защиты тех, кто находится в его границах.
Памятуя о том, какое огромное значение в эвокации придавалось именам людей и сущностей, наделенных заведомым авторитетом и властью, некоторые, вероятно, удивятся, узнав, что не менее могущественными считались и заклинания, составленные из совершенно непонятных звуков и слов. Подобную тарабарщину 44 или бессвязную речь называют «варварскими именами» или «варварскими словами силы». У Лукиана Менипп упоминает о таких «варварских именах» в речи Митробарзана, халдейского мага, который помогает ему совершить некромантическую операцию: этот «седой старик с благородной бородой <…> подобно плохим глашатаям на состязаниях, <…> говорил очень скоро и невнятно; впрочем, видимо, он призывал каких-то богов». Все это происходило в круге, который старец очертил вокруг Мениппа 45 . В гримуарах «варварские слова силы» встречаются очень часто, и маги, практикующие в русле данной традиции, предостерегают, что отступать от предписанной формы этих имен не следует: их магическое действие особым звучанием, которое не должно искажаться при произнесении. Божественные имена обладают силой в своих общепринятых формах, значение которых, как правило, достаточно ясно; «варварские» же слова влияют посредством звучания , а не смысла. Бессмысленные последовательности звуков создают атмосферу «иномирности», вводя оператора в транс и тем самым раскрывая тонкое восприятие, необходимое для общения со сверхъестественным миром.

Перевод © Анна Блейз, 2012
blossom
Ответить

Вернуться в «Теория»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 6 гостей