Игра Дьявола

#1
ИГРА
Изображение
Представление о деяниях дьявола как о некоей игре отражено уже в раннехристианской словесности. Формированию этого представления способствовала и семантика самого латинского глагола (il)ludere, который песет в себе сложное сочетание смыслов: «насмехаться» и «дразнить», но в то же время и «играть», и «обманывать» (создавать «иллюзию»). Игра, уже в силу многозначности глагола, обозначающего игровое действие, сопряжена с такими ключевыми темами демонологии, как обман и иллюзия (illusio -от illudere).

В текстах отцов церкви глаголы ludere, illudere (и различные образования от них) нередко описывают поведение демонов и их слуг. В «Истории монахов» Макарий Александрийский, придя в церковь, видит, что по всей церкви «бегают взад-вперед словно бы маленькие безобразные мальчики-эфиопы (parvulos puerulos Aethiopes tetros)»; они «заигрывают» (alludebant) е сидящими там монахами, «играя различными обличиями и образами (diverso habitu et variis imaginibus ludentes)». Образы (женщины, какого-либо здания и т. п.), которые «демоны создавали как бы играя (quasi ludendo formassent)», попадали в души монахов и отвлекали их от молитвы (ИСТОРИЯ МОНАХОВ В ЕГИПТЕ. САР. XXIX. СОЕ. 454). Глаголы игры — ludere и illudere — повторяются в этом тексте с исключительной настойчивостью, обозначая не просто обман, но обман-иллюзию, предполагающий игровое (quasi ludendo) сотворение (конечно же, пародирующее Божественное творение) некой мнимой реальности, которая совлекает «разыгрываемого» с пути истины.

Играть, illudere, в демоническом контексте всегда означает «обманывать», но также и «создавать иллюзию» (illusio). Игра демона обязательно — обман; но к обману как таковому, к обману как лжи здесь, в сфере демонического, прибавляется еще и особый момент иллюзорности: демон создает некую выморочную ситуацию, наполненную призрачными образами, фантазмами, на монашеском языке — «симулякрами», среди которых человек теряет себя, совлекается с пути праведности.

В анонимном житии св. Люницина (из цикла галльских житий отцов Юры) некий монах, войдя в базилику св. Мартина в Туре, слышит приветствие, обращенное к нему одним из энсргумснов (одержимых): «Он по праву один из наших монахов... Здоров ли ты, о Датив, наш товарищ?» Испуганный монах понимает, что его «разыгрывает дьявол (inlusum se a diabolo)», и спешит совершить покаяние (ЖИТИЕ св. Люпиципл. Р. 334). Здесь глагол «разыгрывать» является наиболее точным эквивалентом латинского illudere: ведь монаха, собственно говоря, никто не обманывает: с ним буквально «ведут игру»; источник его испуга — сознание того, что дьявол вовлек его в свою игру, избрал своей игрушкой.

Правильное поведение в подобном случае — в эту игру не вовлекаться. Родственники, однажды пришедшие навестить св. Антония в его уединении, были напуганы страшным грохотом и голосами, раздающимися из его скита; Антоний же посоветовал им перекреститься и не обращать на звуки внимания: «Предоставьте им [демонам] играть (naitEiv) самим е собой» (АФАНАСИЙ ВЕЛИКИЙ. ЖИТИЕ СВ. АНТОНИЯ. CAP. XIII. PG, 26. COL. 863).

Тема дьявольской игры получила развитие и в библейской экзегетике. Григорий Великий, комментируя стих из книги Иова: «все звери полевые играют» (Иов. 40:15), понимает под зверями «нечистых духов» под полем — «этот мир (praesens saeculum)*. «Полевые звери играют в горных травах, ибо, упав с небесных высей в этот мир, демоны забавляются (delectantur) нечестивыми деяниями гордецов... Разве не игра нечистых духов — то обманывать ложными обещаниями человеческие души, созданные по образу Бога, то насмехаться над ними, мороча их пустыми страхами, то изображать для них преходящие радости как вечные, то вечные муки представлять как преходящие?» (ГРИГОРИЙ ВЕЛИКИЙ. МОРААИИ. LIB. XXXIII, CAP. II. L, 76. COL. 670).

Мотив жизни как игры с дьяволом, которую надо уметь выиграть, проведен и в знаменитой проповеди САВОНАРОЛЫ «ОБ ИСКУССТВЕ ХОРОШО УМИРАТЬ» (1496): «О, человек, дьявол играете тобою в шахматы и старается любым путем заманить тебя в западню — дать тебе шах и мат; и поэтому подумай хорошенько об этом моменте [смерти]. Если ты выиграешь этот ход, ты выиграл все, но если ты его потеряешь, то все твои дела пропадут впустую».

Борьба ангелов и демонов вокруг св. Августина. Гравюра [ксилография) из «Града Божьего». Ок. 1486. Аббевиль, муниципальная библиотека. Демоны скачут вокруг святого, держа в руках книги; один из них обнажил язык. Не пародируют ли бесы, окружившие святого, то место из VIII книги "Исповеди", где Бог голосом "как бы мальчика или девочки" приказывает св. Августину взять книгу и читать из нее: "Подними, читай; подними, читай", а св. Августин не может припомнить, чтобы ребенку в "каком-либо виде игры" (in aliquo genere ludendi) было свойственно петь такие слова? Демоны и в самом деле "поднимают" книги, то ли предлагая их св. Августину, то ли, напротив, делая вид, что уносят их. По всей вероятности, демоны таким образом пытаются отвлечь св. Августина от его сосредоточенного занятия; возможно, они стремятся насмешить его своей "игрой".

В народных средневековых преданиях дьявол обожает азартную игру, всяческие пари и соревнования. Демоны устраивают у себя турниры (ТУБАХ, 4931). В многочисленных средневековых легендах, представляющих собой своего рода смеховую нейтрализацию страха, вызываемого дьяволом, последний постоянно терпит сокрушительные поражения в рукопашной борьбе, в состязаниях на самого крепкого выпивоху, в пари и даже дебатах; всякому мальчишке удается перехитрить дьявола, заставив его пересчитать буквы в церковной Библии (что невозможно для дьявола) или связать веревку из песка (что невозможно вообще). Мастер Герард, легендарный строитель Кельнского собора, и дьявол заключили пари, кто раньше завершит свою работу: Герард — собор или дьявол — некий акведук; Герард проиграл и бросился с башни собора, которая осталась неоконченной (Коллмп лк Пллпси, 301). Легенда о постройке замка Визиль (Vizille) близ Гренобля рассказывает, что местный коннетабль заказал его демонам, которые предложили ему пари: если он не сумеет выехать из замка до того, как строящиеся стены сомкнутся, демоны заберут его душу; коннетабль сумел в последнее мгновение стройки промчаться через стену на коне, однако хвост коня застрял в стене (ЖИВРИ, 149-150).

Сам ад — владение дьявола — может изображаться как место азартной игры. В фольклоре многих европейских пародов представлен сюжет о карточном игроке (бражнике, солдате и т. п.), который, попав в ад, играет в карты е чертями (или со смертью) и отыгрывает у них души грешников (Алкксккв, ИГРА В АДУ, 57-58). В старофранцузской поэме «Святой Петр и жонглер» (XIII в.) демон, посланный на землю за грешными душами, притаскивает в ад голого жонглера (бродячего певца), который все свои пожитки просадил в игре; он предлагает Люциферу спеть для него, но тот отправляет жонглера чистить адские котлы. Однажды, когда Люцифер и его коллеги странствовали по земле в поисках новых грешников, Святой Петр спустился в ад и, сыграв с жонглером в кости, отыграл у него некоторое количество падших душ (ОУЭН, 206-207).
blossom
Ответить

Вернуться в «Теория»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость

cron